Гибель лайнера "Вильгельм Густлоф": обреченный на смерть или ещё одна тайна Третьего Рейха.  Документальный фильм "Последний поход "Вильгельма Густлоффа" Густав корабль

23.02.2022

«Когда с верхних палуб в бушующее море посыпались люди и штабеля спасательных плотов, все, что уже не могло удержаться, в ту секунду, когда, словно по неведомо откуда поступившему приказу, среди темноты, воцарившейся вокруг после торпедных попаданий, внезапно вспыхнуло полное освещение, включая палубный свет, как это бывало в мирные годы и во времена круизов СЧР («Сила через радость» – нацистская организация) , когда глазам каждого зрячего предстала вся торжественная иллюминация, когда наступил конец всему, состоялись мои вполне нормальные роды на узкой койке офицера-механика миноносца «Лёве».

Всего этого мать, находясь на корабельной койке, не видела. Ни торжественной иллюминации на накренившемся и тонущем лайнере, ни гроздьев человеческих тел, падающих с задравшейся кормы. Но матери запомнилось, что моим первым криком был заглушен тот донесшийся издалека тысячеголосый вопль, тот финальный вопль, который раздался отовсюду: из недр тонущего лайнера, с треснувшей застекленной прогулочной палубы, с захлестываемой волнами солнечной палубы, с быстро уходящего под воду носа, вопль разнесся над штормовым морем, где барахтались тысячи живых людей или дрейфовали, обмякнув в спасательных жилетах, мертвецы» (Фрагмент книги «Траектория краба», Гюнтер Грасс, 2002 г.) .

Экспедиция 2006 года. Идея проведения экспедиции на затонувший лайнер родилась в результате переговоров между Государственной морской администрацией – Морским управлением в Гдыне (Government Marine Administration – Marine Office) и Baltic Wrecks Association («Ассоциацией по исследованию и охране балтийских рэков»), во время которых обсуждались вопросы о защите и сохранении рэков Второй мировой войны и придания им статуса братских могил. Это была уникальная возможность нырнуть, снять видео и фото на одном из закрытых для погружений рэков. После долгих дискуссий и приготовлений экспедиция в конечном счете была назначена на вторую неделю мая 2006 года.

Основными задачами этой экспедиции стали максимально возможное гидроакустическое обследование рэка; сбор образцов донных отложений; максимально возможное документирование останков лайнера на видео и фото, а также сбор общей информации о состоянии рэка на настоящее время.

В отличие от длительных поисков «Титаника», найти останки лайнера «Вильгельм Густлофф» было довольно легко. Его координаты на момент потопления (55°07’00’’с.ш. 17°41’00’’ в.д.) оказались на удивление точными; к тому же рэк находится на сравнительно небольшой глубине – до 50 метров. На польских навигационных картах место обозначено как «Obstacle No. 73».

После войны советские специалисты посещали останки корабля – существует версия, что они искали среди обломков легендарную Янтарную комнату. Во время этих посещений средняя часть утонувшего корабля была разрушена, остались только корма и нос. За послевоенные годы некоторые предметы с корабля оказались в частных коллекциях как сувениры. Правительство Польши законодательно провозгласило это место братской могилой и запретило посещение рэка частными лицами.

Наша дайверская команда состояла из 3 подводных фотографов и 5 подводных видеооператоров. Все ныряющие участники были разделены на четыре команды по три дайвера. Перед каждой командой ставилась определенная задача, которая должна была быть выполнена во время конкретного погружения. Задачи определялись на поверхности во время утреннего и дневного брифингов. Каждый день одна команда оставалась на поверхности для страховки ныряющих команд, что позволило всем участникам избежать физического перенапряжения.

В течение первого дня представитель Морского управления исследовал рэк, используя ГБО и проложил три спусковых конца, которые приводили к носовой, кормовой и средней части рэка. После утреннего брифинга первые две команды уходят в воду по носовому и кормовому ходовикам. Из задача – проложить ходовики вдоль затонувшего судна. Дополнительная задача – собрать образцы донных отложений. К сожалению, низкая температура воды и высокие волны ограничивают погружение 35 минутами на дне. Цель третьей ныряющей команды – двух подводных операторов и одного саппорт-дайвера – отснять кормовую часть. Послеобеденная погода в первый день не позволила нырнуть второй раз. Да и на следующие двадцать четыре часа прогноз погоды тоже необещающий.

Второй день, раннее утро. Спокойное море и солнечно. На этот раз все три команды вошли в воду практически в одно и то же время. Наконец нам удалось отправлять зодиаки с группами дайверов с интервалом в 15 минут. По плану в этот день предстояло проводить фото- и видеосъемку между спусковыми концами (между носовой и кормовой секциями). Точнейший план позволил безопасно транспортировать дайверов – не отклоняясь от расписания более чем на 3 минуты. В этот день все команды совершили по два погружения, работая вдоль всего рэка и снимая его метр за метром от носа до кормы. Температура воды на поверхности +12°C, на дне – +6°C. Видимость, можно сказать, очень хорошая – 15-20 метров. Стоит добавить, что все погружения осуществлялись с донным газом тримикс 21/35, для декомпрессии использовали найтрокс 50 и кислород.

Лайнер Wilhelm Gustloff покоится на песчаном дне на глубине 48 метров с креном на левый борт, который сильно разрушен. Самая верхняя часть затонувшего судна расположена на 32-36 метрах. Носовая часть лежит на левом борту, повернутая на 90°. На носу до сих пор можно увидеть огромные кабестаны с остатками цепей. Средняя часть корабля очень сильно разрушена. В начале 50-х ХХ века советские военные водолазы исследовали рэк, но сделали это очень странным способом. Мы нашли остатки цепей, приваренных к борту, за которые, вероятно, дергали с помощью буксира. Несмотря на это мы все еще можем представить, насколько огромным и красивым был «Густлофф» в свои лучшие годы. Мы смогли найти и небольшие части машин (4-6 метров в высоту), и склад для корабельного оборудования. В лучшем состоянии кормовая часть судна. Эта часть 15-20 метров длиной лежит с небольшим креном на левый борт. Со времени нашей первой экспедиции, состоявшейся несколько лет назад, состояние останков судна значительно ухудшилось. Верхняя палуба обрушилась, некоторые части корабля разрушены штормами. И по-прежнему корма – лучшая часть рэка. Воды Балтийского моря хорошо сохранили деревянные конструкции – палубы и леера в превосходном состоянии. Если войти внутрь, можно увидеть запасные штурвалы. В кормовой части можно пройти четыре палубы вглубь рэка по небольшому трапу для моряков. На дне у левого борта затонувшего судна до сих пор лежат человеческие кости, которые напоминают о трагедии.

Заключительный день снова показал, насколько непредсказуемой может быть Балтика! После двух ветреных дней и плохого прогноза погоды, на третий день мы были вознаграждены ветром в 2 узла и спокойным морем. Днем ранее представитель Морского управления установил четвертый спусковой ходовик на неизвестный подводный объект, ранее найденный с помощью ГБО. Дайверы, которые имели удовольствие нырнуть на 12-метровую затонувшую моторную лодку, похоже были первыми, кто увидел ее за 60 лет с того самого фатального для «Густлоффа» дня… Последнее погружение этой экспедиции стало и самым лучшим. Видимость более 20 метров, температура +8°С – все это значительно повысило комфортность погружения и доставило участникам массу удовольствия.

После того, как якорь был поднят, мы почтили память жертв катастрофы гудком…

В общем за три дня было проведено обследование судна как снаружи, так и внутри. Однако из-за того, что рэк очень сильно разрушен, проникновения внутрь были на очень короткие дистанции. Собранные материалы (фото, видео и образцы грунта) станут основой для дальнейших исследований воздействия окружающей среды на останки судна, а также его состояния в целом. По результатам экспедиции в Морское управление Гдыни были переданы более 200 фотографий и 210-минутный фильм.

Для меня это была очень важная экспедиция – первая официальная дайв-экспедиция за последние 30 лет! Наши фотографии и фильм показали людям лайнер «Вильгельм Густлофф» в его нынешнем состоянии. Но более важным был ответ на вопрос, является ли «Густлофф» подводной братской могилой или нет… Множество дайверов со всего мира хотят покорить их собственный дайверский Эверест и нырнуть на «Вильгельм Гуслофф». Зачем? Запись в лог-буке? Или восторженная история для друзей? Это место величайшей катастрофы, унесшей жизни более 6000 человек! Да, это могила… Подумайте, насколько серьезны ваши мотивы, чтобы нырять здесь…

P.S. В экспедиции WG’2006 принимали участие: Sebastian Popek – руководитель экспедиции; видеооператоры Wojciech Jechna, Mirek Lukas, Silvo Peknik, Pawel Riedl, фотографы – Piotr Pielak, Radek Husak, Peter Vaverka, а также дайверы обеспечения Lukasz Piоrewicz, Tomasz Stachura, Karol Lebowski.

Во время этой экспедиции внутри дайверских команд и вообще среди дайверов взаимодействие было блестящим! Спасибо команде «Зодиака» (s/v Zodiak) за помощь. Согласие, опыт и взаимодействие позволили нам завершить этот проект успешно!

Текст: Sebastian Popek
Перевод: Юлия Голосий
Фото: Petr Vaverka, Radek Husak

Архивная статья из № 5 (53) за 2007 г.

С Хайнцем Шёном (Heinz Schо..n) – человеком, уцелевшим после потопления лайнера «Вильгельм Густлофф», я переписываюсь давно. Получил несколько его книг на эту тему.

Он посвятил себя исследованию судьбы «Густлоффа», начиная с личности человека, давшего свое имя кораблю, и до момента гибели лайнера 30 января 1945 года в результате торпедной атаки подводной лодки «С-13» под командованием Александра Маринеско. Результаты исследований Шёном судьбы «Вильгельма Густлоффа» отражены в четырех его книгах:

— 1951 г.– «Гибель «Вильгельма Густлоффа»;
— 1960 г.– «Последний рейс «Вильгельма Густлоффа»;
— 1984 г.– «Катастрофа «Густлоффа» – свидетельство выжившего»;
— 1998 г. – «SOS «Вильгельм Густлофф» – самая крупная морская катастрофа в истории».

Кроме того, он принял участие в создании художественных и документальных фильмов, как соавтор сценария и консультант:

— 1957/58 гг. – художественный фильм режиссера Франка Висбара «Ночь опустилась над Готенхафеном».
— 1993 г. – телевизионный документальный фильм: «30 января 1945 года – день, когда затонул «Густлофф», который повторно был показан по центральному германскому телевидению 28 января 2000 года. При подготовке фильма Шёна сопровождала телевизионная группа Кельнского телевидения в 16-дневной поездке в Данциг-Гдыню и к месту гибели «Густлоффа» со спуском под воду для осмотра корпуса корабля. Затем была поездка в Санкт-Петербург к торпедисту подводной лодки «С-13» Владимиру Курочкину.

В сентябре 2002 года мне удалось впервые встретиться с Хайнцом Шёном у него дома в городке Бад-Зальцуфлен недалеко от Дюссельдорфа. День прошел в вопросах и ответах, дискуссиях и даже ожесточенных спорах. Зачастую сталкивались разные восприятия отдельных деталей гибели «Вильгельма Густлоффа». Расставались мы все же дружески. Портфель мой был набит книгами и ксерокопиями документов, которые должны были помочь прояснить некоторые детали катастрофы.

Когда я уже был в Санкт-Петербурге, пришел пакет от Шёна. Оказывается он решил документально подтвердить ответы на некоторые из вопросов, которые тогда я ему задал. Поскольку эти вопросы в России до сих пор являются предметом жарких споров, то, с разрешения Шёна, я счел необходимым сделать его ответы достоянием общественности:

Ю.Л.: Был ли объявлен в Германии траур по случаю гибели лайнера «Вильгельм Густлофф»?
H.S.: Нет. Напротив, всем спасшимся было запрещено говорить с кем-либо о потоплении «Густлоффа», чтобы не вызвать панику, поскольку в Готенхафене и Данциге ждали эвакуации морем свыше 100 000 беженцев, в большинстве женщины и дети. Информация о гибели «Густлоффа» не распространялась в газетах и по радио, а также в сводках вермахта. Гибель лайнера сознательно замалчивалась в Германии. Что касается слухов о трауре, то он был объявлен за девять лет до этого по реальному Вильгельму Густлоффу, сподвижнику Гитлера по национал-социалистическому движению и наместнику фюрера в Швейцарии. Его застрелил 6 февраля 1936 года в Давосе еврейский студент сербского происхождения Давид Франкфуртер. Тело Густлоффа было перевезено на его родину в Шверин, где на похоронах присутствовали во главе с Гитлером 35 тысяч приглашенных. Это был самый крупный траур после смерти Бисмарка.

Ю.Л.: Объявлял ли Гитлер Александра Маринеско своим личным врагом?
H.S.: Нет. Не Маринеско, а убийца Вильгельма Густлоффа еврейский студент Давид Франкфуртер был объявлен Адольфом Гитлером в траурной речи его личным врагом. Д. Франкфуртер был приговорен швейцарским судом к 18,5 года тюремного заключения. В июне 1945 года был помилован и эмигрировал в Палестину. После образования Израиля работал советником министра обороны.

Ю.Л.: Понес ли наказание военный командир «Густлоффа» Вильгельм Цан?
H.S.: Нет. Капитан 3-го ранга Вильгельм Цан был в начале Второй мировой войны командиром подводной лодки. Затем он стал командиром 2-го батальона 2-й учебной дивизии подводных лодок, дислоцировавшегося в Оксхефте (район Готенхафена). Лайнер «Вильгельм Густлофф» служил этому батальону плавучей казармой.

В последнем рейсе «Густлоффа» 30 января 1945 года Цан выполнял обязанности военного коменданта, отвечавшего за транспортировку 918 офицеров, унтер-офицеров и курсантов 2-го батальона, которые должны были быть срочно эвакуированы в Киль.

После гибели «Вильгельма Густлоффа» германское военно-морское командование «Восток» направило по поручению главнокомандующего ВМС Германии Деница письмо Цану с конкретными вопросами, касающимися катастрофы лайнера. На эти вопросы Цан дал письменное объяснение 4 февраля 1945 года. Копия этих документов находится в моем архиве и опубликована в книге «Катастрофа «Густлоффа» – свидетельство выжившего». Ни военный комендант Цан, ни капитан «Вильгельма Густлоффа» Фридрих Петерсен не были впоследствии привлечены к ответственности.

Ю.Л.: Были ли на «Густлоффе» эсэсовцы (300 человек)?
H.S.: Нет. На борту «Вильгельма Густлоффа» во время торпедирования лайнера подводной лодкой «С-13» под командованием капитана 3-го ранга Александра Маринеско согласно собранным мною данным, опубликованным в последней книге «SOS «Вильгельм Густлофф» – крупнейшая в истории катастрофа корабля», находились:

— 918 – офицеры, унтер-офицеры и курсанты 2-го батальона 2-й учебной дивизии подводных лодок;
— 173 – члены гражданского экипажа (моряки торгового флота);
— 162 – тяжелораненные солдаты из госпиталей Данцига и Готенхафена;
— 373 – женщины вспомогательного состава ВМС;
— 8956 – беженцы, в большинстве своем женщины с детьми и старики из Данцига, Готенхафена, Восточной и Западной Пруссии.

Всего: 10582 человека.

Сопровождавший «Густлофф» эсминец «Лёве» и восемь подошедших на помощь гражданских и военных кораблей спасли 1252 человека, 13 из которых из-за сильного обморожения и истощения сил затем скончались.

Таким образом, пережили катастрофу 1239 человек, в том числе:

— 528 – подводники 2-го батальона 2-й учебной дивизии подводных лодок;
— 123 – женщины вспомогательного состава ВМС;
— 86 – тяжелораненные;
— 83 – члены экипажа (моряки торгового флота);
— 419 – беженцы.

Отсюда следует, что в результате катастрофы «Вильгельма Густлоффа» погибли 390 подводников и 8537 беженцев (гражданских лиц). Так как предписывалось брать на борт только матерей, у которых не менее трех детей (это указание перед отплытием уже не выполнялось), то имеются все основания полагать, что среди погибших беженцев было, по меньшей мере, 4000, а возможно, 5000 детей.

Гибель «Вильгельма Густлоффа» явилась не только крупнейшей морской катастрофой Второй мировой войны, но и во всей мировой истории, так как никогда до этого не погибало столько людей одновременно.

Ю.Л.: Существует ли в Германии общество «Вильгельм Густлофф» из числа выживших и их родственников? Или же эти люди, по крайней мере, состоят между собой в переписке?
H.S.: Сразу же после войны я начал розыск всех проживавших в Западной Германии, которые были спасены с «Густлоффа». Сделать это было очень тяжело, особенно применительно к беженцам. В поисках мне помогли публикации в газетах, выступления по радио, а позднее и по телевидению.

В течение ряда лет и даже десятилетий удалось установить, кто из спасшихся пережил войну, кто умер в первые послевоенные годы в основном в силу возраста, а кто еще до сих пор жив. Мне удалось также разыскать спасшихся с «Густлоффа», которые проживали после войны в Австрии, Голландии, Великобритании, Ирландии, Италии, Испании, США, Канаде и Австралии. Мои акции по поиску включали также капитанов, командиров и офицеров девяти военных кораблей и гражданских судов, участвовавших в спасении людей с «Густлоффа».

В 1990 г. после воссоединения Германии на меня вышли также спасшиеся во время катастрофы граждане ГДР. Там до этого тема «Густлоффа» была запретной. Спасавшие и спасенные не имели возможности встречаться между собой, как это имело место на территории Западной Германии.

30 января 1985 года, к 40-летию катастрофы «Густлоффа», я организовал при поддержке попечительского совета «Альбатрос – спасение на море» в курортном городке Дамп на побережье Балтийского моря «Первую Густлоффскую встречу» со спасенными и спасателями, в которой приняло участие почти 500 человек. Она вызвала среди общественности и СМИ необычайно широкий резонанс и сделала катастрофу лайнера в Германии еще более известной.

В 1995 году к 50-летию гибели «Густлоффа» 30 января 1995 года я организовал в Дампе недалеко от Киля «Вторую Густлоффскую встречу» с участием почти 250 человек, среди которых вновь были жители Англии, Шотландии, Канады и США. Впервые присутствовали также спасшиеся и спасатели из девяти новых германских федеральных земель (бывшей ГДР). Об этой встрече вновь широко сообщали средства массовой информации.

В 1987 году я организовал для 66 спасенных с «Густлоффа» 12-дневную автобусно-пароходную поездку «По маршруту следования «Вильгельма Густлоффа». На автобусе мы посетили Киль – Свинемюнде – Кольберг – Данциг – Гдыню. Назад совершили поездку на теплоходе до места катастрофы, где была объявлена стоянка и спущен на воду венок. На этом же корабле мы вернулись в Киль/Травемюнде.

С 1986 по 1997 годы я организовывал совместно с попечительским советом «Альбатрос – спасение на море» на морском курорте Дамп ежегодные «Балтийские встречи». В этих мероприятиях принимали участие выходцы из Восточной и Западной Пруссии, Данцига и Померании, которые покинули свою родину в 1945 году на кораблях по Балтийскому морю. Участвовали также члены судовых команд, задействованных в акции «Спасение по Балтийскому морю 1945». На встречах было от 300 до 500 человек. Основное ядро составляли спасенные с «Густлоффа» и их спасатели.

Поскольку до конца войны об акции «Спасение по Балтийскому морю 1945» почти ничего не говорилось (хотя она считается крупнейшей в истории операцией по спасению 2,5 млн человек на более чем 1000 кораблях), то я учредил на свои средства «Медаль за спасение 1945», которой бывшие моряки награждались в ходе встреч в Дампе. Первыми награжденными стали командиры и члены экипажей кораблей, участвовавших в спасении людей с «Густлоффа». Всего было вручено 75 медалей.

Благодаря тому, что о моем «Архиве Густлоффа» за прошедшие 50 лет стало широко известно, на меня вышли по телефону, письменно и лично родственники жертв с «Густлоффа», а также те люди, которые полагали, что их близкие были беженцами на «Густлоффе» и погибли во время кораблекрушения.

Благодаря встречам в Дампе и личным контактам с сотнями выживших постепенно сложилось «Сообщество «Густлоффа», членами которого стали и те, кто спасал тонувших. Однако это не юридически зарегистрированная организация, а дружеский круг лиц, которых я периодически информирую письмами о встречах и по другим вопросам.

Ю.Л.: Насколько эта история известна сегодняшнему молодому поколению в Германии и сохраняется ли интерес к данной теме?
H.S.: Благодаря художественному фильму «Ночь опустилась над Готенхафеном», «Густлоффским встречам», телевизионным репортажам и интервью с выжившими, сообщениям прессы, а также публикациям в газете «Бильд», «Бильд ам Зонтаг» и журнале «Штерн», более, чем 100 сообщениям в различных газетах, моим публикациям (книгам) и моей документальной фотовыставке «Судьба «Вильгельма Густлоффа» эта трагедия стала известна миллионам немцев. Можно с уверенностью сказать, что гибель лайнера «Вильгельм Густлофф» является в Германии самой известной трагедией корабля во Вторую мировую войну.

В феврале 1990 года я посетил с недельным визитом Ленинград. Мне была тогда предоставлена возможность выступить перед офицерами штаба ЛенВМБ в Адмиралтействе совместно с инженер-механиком подводной лодки «С-13» Я.С. Коваленко, с которым я за день до этого посетил могилу Маринеско. После этого у меня взяло интервью ленинградское телевидение. В этой поездке участвовали также барон Фальц-Файн (бывший россиянин из Лихтенштейна) и известный мюнхенский продюсер телефильмов М. Реми. В последние годы я был несколько раз в Ленинграде/Санкт-Петербурге и в Калининграде (по приглашению Комитета Маринеско).

Ю.Л.: Почему в пятом издании вашей книги «Катастрофа «Густлоффа» – записки спасшегося» количество пассажиров увеличилось вдвое?
H.S.: После издания моих книг «Балтийское море 45» и «Катастрофа Густлоффа», обсуждения их в газетах, интервью со мной по поводу этих книг по телевидению я получил свыше 1000 писем. Люди, пережившие катастрофу, сомневались, что на «Густлоффе» было только 5000 беженцев, в то время, как на судне меньшего тоннажа «Дойчланд», находилось 12000 беженцев, а на несколько большем по тоннажу «Кап Аркона» свыше 13000. Оба эти корабля были заполнены беженцами в Готенхафене в те же дни, в конце января 1945 года. Уже в 1985 году на первой встрече спасшихся после катастрофы «Густлоффа» ко мне обращались по поводу опубликованной цифры 5000 беженцев. Меня просили исправить ее на 8000 человек. Но так как у меня не было доказательств по поводу увеличения беженцев, я не мог вносить исправлений.

Лишь в 1997 году я нашел человека, который руководил регистрацией пассажиров. Это был доктор Вольдемар Террес. В качестве санитарного обер-фенриха (унтер-офицера) он осуществлял на борту последний пересчет беженцев. 29 января 1945 года в 17.00 последняя запись зафиксировала цифру 7956 человек.

После 17 часов в течение всей последующей ночи до самого отхода прибывали очередные беженцы, а когда «Густлофф» уже отошел от пирса с парохода «Ревал», прибывшего из Пиллау, на борт лайнера поднялись еще 500-800 беженцев. Так что можно исходить от общего числа 8956 человек, возможно, беженцев было больше еще на несколько сот человек. Доктор Террес подтвердил под присягой зафиксированное им число и повторил свои данные перед телекамерой.

Многое из того, что Шён перечислил в своих семи ответах, подробно описано в вышедшем в 2002 году романе «Траектория краба» нобелевского лауреата Гюнтера Грасса, который нашел данные Шёна достоверными, о чем уведомил того благодарственным письмом. Нам же остается теперь размышлять, а достоверен ли сам роман Грасса? Как справедливо заметил Хайнц Шён: «Лишь объективные и отвечающие правде исследования Второй мировой войны и военных событий на русской и немецкой земле приведут к примирению и прочному миру между обоими нашими народами в Европе».

Подготовил: Юрий Лебедев
Фото: из архива www.wilhelmgustloff.com

Архивная статья из № 5 (53) за 2007 г.

30 января 1895 г. в городе Шверин родился Вильгельм Густлофф , будущий функционер среднего звена национал-социалистической партии.
30 января 1933 г. пришел к власти Гитлер ; этот день стал одним из самых значительных праздников в Третьем рейхе.
30 января 1933 г. Адольф Гитлер назначил Густлоффа ландесгруппенляйтером Швейцарии с местом пребывания в Давосе. Густлофф вёл активную антисемитскую пропаганду, в частности, способствовал распространению в Швейцарии «Протоколов сионских мудрецов».
30 января 1936 г. студент-медик Франкфуртер приехал в Давос с целью убить Густлоффа . Из газеты, купленной в привокзальном киоске, он узнал, что наместник находится «у своего фюрера в Берлине» и вернется через четыре дня. 4 февраля студент убил Густлоффа . В следующем году имя "Вильгельм Густлофф" было присвоено морскому лайнеру, заложенному как "Адольф Гитлер" .
30 января 1945 года, ровно через 50 лет после рождения Густлоффа , советская подводная лодка С-13 под командованием капитана 3 ранга А. Маринеско торпедировала и отправила на дно лайнер "Вильгельм Густлофф" .
30 января 1946 г. Маринеско понижен в звании и уволен в запас.

Начал трудовую жизнь мелким банковским служащим в городе у семи озер Шверине, недостаток образования Густлофф компенсировал усердием.
В 1917 г. банк перевел своего юного старательного клерка, болевшего туберкулезом легких, в свой филиал в Давосе. Швейцарский горный воздух полностью излечил больного. Одновременно с работой в банке он организовал местную группу национал-социалистической партии и стал ее руководителем. Врач, лечивший Густлоффа в течение нескольких лет, так отзывался о своем пациенте: "Ограничен, добродушен, фанатичен, безрассудно предан фюреру: "Если Гитлер прикажет мне сегодня вечером в 6 часов застрелить жену, то в 5.55 я заряжу револьвер, а в 6.05 моя жена будет трупом ". Член нацистской партии с 1929 г. Его жена Хедвиг в начале 30-х годов работала секретаршей Гитлера.

4 февраля 1936 года в дом с вывеской W. Gustloff, NSDAP вошел еврейский студент Давид Франкфуртер. Он выехал в Давос несколькими днями ранее - 30 января 1936 г. Без багажа, с билетом в один конец и револьвером в кармане пальто.
Жена Густлоффа провела его в кабинет и попросила подождать; тщедушный невысокого роста посетитель не вызвал никаких подозрений. В открытую боковую дверь, рядом с которой висел портрет Гитлера, студент увидел двухметрового великана — хозяина дома, говорящего по телефону. Когда через минуту тот вошел в кабинет, Франкфуртер молча, не вставая с кресла, поднял руку с револьвером и выпустил пять пуль. Быстро пройдя к выходу — под душераздирающие крики жены убитого — он отправился в полицию и заявил, что только что застрелил Густлоффа. Вызванная для идентификации убийцы Хедвиг Густлофф несколько мгновений смотрит на него и говорит: "Как вы могли убить человека! У вас такие добрые глаза!"

Для Гитлера смерть Густлоффа явилась подарком с неба: первый нацист, убитый евреем за границей, к тому же в ненавидимой им Швейцарии! Еврейский общегерманский погром не состоялся лишь потому, что в те дни в Германии проводились зимние Олимпийские игры, и Гитлер пока еще не мог себе позволить полностью игнорировать мировое общественное мнение.

Нацистский пропагандистский аппарат выжал из события все возможное. В стране объявили трехнедельный траур, приспущены государственные флаги… Прощальная церемония в Давосе транслировалась всеми немецкими радиостанциями, мелодии Бетховена и Гайдна сменялись вагнеровскими "Сумерками богов"… Выступал Гитлер: "За спиной убийцы стоит наполненная ненавистью сила нашего еврейского врага, пытающегося поработить немецкий народ… Мы принимаем их вызов к борьбе!" В статьях, речах, радиопередачах звучали рефреном слова "еврей стрелял".

Историки рассматривают пропагандистское использование Гитлером убийства Густлоффа как пролог к "окончательному решению еврейского вопроса".

Густлов умер, да здравствует Вильгельм Густлов!

Незначительная личность В. Густлоффа, почти не известная до покушения, официально возведена в ранг Blutzeuge, святого мученика, павшего от руки наемника. Создавалось впечатление, что убит один из главных нацистских деятелей. Имя его присвоено улицам, площадям, мосту в Нюрнберге, воздушному планеру… В школах проведены занятия на тему "Вильгельм Густлофф, убитый евреем" .

Именем "Вильгельм Густлофф" был назвал немецкий "Титаник" флагман флота организации под названием Kraft durch Freude , сокращенно KdF — "Сила через радость" .
Руководил ею Роберт Лей , глава государственных профсоюзов "Немецкий рабочий фронт". Это он изобрел нацистское приветствие Хайль Гитлер! с вытянутой рукой и предписал выполнять его сначала всем государственным служащим, затем учителям и школьникам, а еще позже — всем рабочим. Это он, известный пьяница и "величайший идеалист в рабочем движении" организовал флот кораблей KdF .


Нацисты во главе с Адольфом Гитлером, придя к власти, дабы увеличить социальную базу поддержки их политики среди населения Германии, одним из направлений своей деятельности обозначили создание широкой системы социального обеспечения и услуг.
Уже в середине 1930-х годов рядовой немецкий рабочий по уровню услуг и льгот, которые ему полагались, выгодно отличался от рабочих в других странах Европы.
Целая флотилия пассажирских судов для предоставления дешёвых и доступных путешествий и круизов была задумана к постройке, как воплощение идей национал-социализма и их пропаганды.
Флагманом этого флота должен был стать новый комфортабельный лайнер, который авторы проекта планировали назвать именем немецкого фюрера — "Адольф Гитлер" .


Корабли символизировали национал-социалистическую идею бесклассового общества и сами были, в отличие от плавающих по всем морям круизных судов-люкс для богатых, «бесклассовыми кораблями» с одинаковыми для всех пассажиров каютами, дающими возможность "совершить, по воле фюрера, слесарям Баварии, почтальонам Кельна, домохозяйкам Бремена по крайней мере раз в год доступное по цене морское путешествие на Мадейру, по Средиземноморскому побережью, к берегам Норвегии и Африки" (Р.Лей).

5 мая 1937 года на гамбургской верфи Блюм и Фосс торжественно спустили на воду крупнейшее в мире круизное десятипалубное судно, построенное по заказу KdF. Вдова Густлоффа в присутствии Гитлера разбила о борт бутылку шампанского, и теплоход получил свое имя — Вильгельм Густлофф . Его водоизмещение — 25000 тонн, длина — 208 метров, стоимость — 25 млн рейхсмарок. Он рассчитан на 1500 отдыхающих, к услугам которых — застекленные прогулочные палубы, зимний сад, плавательный бассейн…



Радость — источник силы!

Так началось недолгое счастливое время в жизни лайнера, оно продлится год и 161 день. "Плавучий дом отдыха" работал непрерывно, народ был в восторге: цены морских путешествий были если не низки, то доступны. Пятидневный круиз к норвежским фьордам стоил 60 рейхсмарок, двенадцатидневный, вдоль берегов Италии — 150 рм (месячный заработок рабочего и служащего равнялся 150-250 рм). Во время плавания можно было позвонить домой по сверхдешевому тарифу и излить свой восторг на домашних. За границей отпускники сравнивали условия жизни со своими в Германии, и сравнения чаще всего оказывались не в пользу иностранных. Современник размышляет: "Как удалось Гитлеру в короткое время прибрать к рукам народ, приучить его не только к молчаливой покорности, но и к массовому ликованию при официальных мероприятиях? Частичный ответ на этот вопрос дает деятельность организации KdF" .



Звездный час Густлова выпал на апрель 1938 г, когда в штормовую погоду команда спасла моряков тонущего английского парохода Pegaway. Английская пресса отдала должное мастерству и отваге немцев.

Изобретательный Лей использовал непредвиденный пропагандистский успех для использования лайнера в качестве плавучего избирательного участка при народном голосовании о присоединении Австрии к Германии. 10 апреля в устье Темзы Густлов принял на борт около 1000 немецких и 800 австрийских граждан, живущих в Великобритании, а также большую группу журналистов-наблюдателей, покинул трехмильную зону и встал на якорь в нейтральных водах, где и провели голосование. Как и ожидалось, 99% избирателей проголосовали «за». Британские газеты, в том числе и марксистская Дейли Геральд, не скупились на похвалы в адрес профсоюзного корабля.


Последний круиз лайнера состоялся 25 августа 1939 года. Неожиданно во время запланированного рейса в середине Северного моря капитан получил зашифрованный приказ срочно вернуться в порт. Время круизов окончилось — менее чем через неделю Германия напала на Польшу и началась Вторая мировая война.
Счастливая эпоха в жизни теплохода оборвалась во время юбилейного пятидесятого плавания, 1 сентября 1939 г., в первый день Второй мировой войны. К концу сентября он переоборудован в плавучий лазарет на 500 коек. Проведены большие кадровые изменения, судно передано в военно-морские силы, а в следующем году, после еще одной перестройки, оно стало казармой курсантов-матросов 2-й учебной дивизии подводного плавания в порту Готенхафен (польский город Гдыня). Нарядные белые борта теплохода, широкая зеленая полоса вдоль бортов и красные кресты — все закрашено эмалью грязно-серого цвета. Каюту главного врача бывшего лазарета занял офицер-подводник в чине корвет-капитана, теперь он будет определять функции судна. В кают-компании заменены портреты: улыбчивый "великий идеалист" Лей уступил место суровому гросс-адмиралу Деницу.



С началом войны почти все суда KdF оказались на военной службе. "Вильгельм Густлофф" был переоборудован в госпитальное судно и приписан к ВМС Германии - Kriegsmarine. Лайнер был перекрашен в белый цвет и обозначен красными крестами, что должно было защитить его от нападения согласно Гаагской конвенции. Первые пациенты начали прибывать на борт уже во время войны против Польши в октябре 1939 года. Даже в таких условиях власти Германии использовали судно как средство пропаганды — как свидетельство гуманности нацистского руководства, большинством из первых пациентов были раненые пленные поляки. Со временем, когда немецкие потери стали ощутимыми, судно отправили в порт Готенгафен (Гдыню), где оно взяло на борт ещё больше раненых, а также немцев (фольксдойче), эвакуированных из Восточной Пруссии.
Учебный процесс шел ускоренным ходом, каждые три месяца — очередной выпуск, пополнение для подводных лодок — новостроек. Но прошли те времена, когда подводники Германии почти что поставили на колени Великобританию. В 1944 году 90% выпускников курсов ожидала смерть в стальных гробах.

Уже осень сорок третьего показала, что спокойная жизнь кончается — 8 (9) октября американцы накрыли гавань бомбовым ковром. Плавучий лазарет Штутгарт загорелся и затонул; это была первая потеря бывшего KdF-корабля. Взрыв тяжелой бомбы рядом с Густловым вызвал полутораметровую трещину в бортовой обшивке , которую заварили. Сварной шов ещё напомнит о себе в последний день жизни Густлова, когда подводная лодка С-13 будет медленно, но верно догонять исходно более быстроходную плавучую казарму.



Во второй половине 1944 года фронт подошёл совсем близко к Восточной Пруссии. Немцы Восточной Пруссии имели определенные причины бояться мести со стороны Красной Армии — большие разрушения и убийства среди мирного населения на оккупированных территориях Советского Союза были известны многим. Немецкая пропаганда живописала «ужасы советского наступления».

В октябре 1944 года первые отряды Красной Армии уже были на территории Восточной Пруссии. Нацистская пропаганда начала широкую кампанию по «обличению советских зверств», обвиняя советских воинов в массовых убийствах и изнасилованиях. Распространением такой пропаганды нацисты достигли своей цели — количество добровольцев в ополчение Фольксштурм (нем. Volkssturm) увеличилось, однако пропаганда также привела и к усилению паники среди мирного населения с приближением фронта, и миллионы людей стали беженцами.


"Задают вопрос, почему беженцы панически боялись мести солдат Красной армии. Тот, кто, как я, видел разрушения, оставленные гитлеровскими войсками в России, не станет долго ломать голову над этим вопросом" — писал многолетний издатель журнала Der Spiegel Р.Аугштайн.

21 января гросс-адмирал Дениц дал команду приступить к выполнению операции "Ганнибал" — крупнейшей эвакуации населения морским путем всех времен: более двух миллионов человек переправили на Запад все имевшиеся в распоряжении немецкого командования суда.

В это же время подводные лодки Советского Балтийского флота готовились к завершающим войну атакам. Значительная их часть долгое время была заблокирована в Ленинградском и Кронштадском портах немецкими минными полями и стальными противолодочными сетями, выставленными 140 кораблями весной 1943 года. После прорыва блокады Ленинграда Красная Армия продолжила наступление вдоль берегов Финского залива, а капитуляция Финляндии, союзницы Германии открыла советским подводным лодкам путь в Балтийское море . Последовал приказ Сталина: подводникам, базирующимся в финских гаванях, обнаруживать и уничтожать корабли врага. Операция преследовала и военную, и психологическую цели — затруднить снабжение немецких войск морским путем и помешать эвакуации на Запад. Одним из последствий сталинского приказа стала встреча Густлова с подводной лодкой С-13 и ее командиром капитаном 3 ранга А. Маринеско.

Национальность — одессит.

Капитан третьего ранга А. И. Маринеско

Маринеско, сын матери украинки и отца румына, родился в 1913 году в Одессе. Отец во время Балканской войны служил в румынском флоте, за участие в мятеже был приговорен к смерти, бежал из Констанцы и обосновался в Одессе, переделав румынскую фамилию Маринеску на украинский лад. Детство Александра прошло среди молов, сухих доков и подъемных кранов порта, в обществе русских, украинцев, армян, евреев, греков, турок; все они считали себя прежде всего одесситами. Он рос в голодные послереволюционные годы, старался урвать, где только мог, кусок хлеба, ловил бычков в гавани.

Когда жизнь в Одессе нормализовалась, в порт стали приходить иностранные суда. Нарядные и веселые пассажиры бросали в воду монеты, и одесские мальчишки ныряли за ними; мало кому удавалось опередить будущего подводника. Школу он покинул в 15 лет, умея читать, кое-как писать и «продавать от жилетки рукава», как он впоследствии часто говаривал. Его язык представлял красочную и причудливую смесь русского и украинского, сдобренную одесскими «хохмами» и румынскими ругательствами. Суровое детство закалило и сделало его изобретательным, приучило не теряться в самых неожиданных и опасных положениях.

Морскую жизнь он начал в 15 лет юнгой на каботажном пароходе, окончил мореходное училище, был призван на военную службу. Вероятно, Маринеско был прирожденным моряком-подводником, даже фамилия у него была морская. Начав службу, он быстро понял, что ему, индивидуалисту от природы, больше всего подходит малый корабль. После девятимесячных курсов он плавал штурманом на подводной лодке Щ-306, затем окончил командирские курсы и в 1937 году стал командиром другой лодки, М-96 — два торпедных аппарата, 18 человек команды. В предвоенные годы М-96 носила звание "лучшая п.л. Краснознаменного Балтийского флота" , поставив рекорд времени срочного погружения — 19,5 секунд вместо 28 нормативных, за что командира и его команду наградили именными золотыми часами .



К началу войны Маринеско уже был опытным и авторитетным подводником. Он обладал редким даром управлять людьми, позволявшим ему переходить без потери авторитета от «товарища командира» к равноправному члену застолья в кают-компании.

В 1944 году Маринеско получил под свое командование большую подводную лодку серии "Сталинец" С-13. История создания лодок этой серии заслуживает хотя бы нескольких строк, так как является ярким примером тайного военного и промышленного сотрудничества СССР и Третьего рейха перед войной. Проект разрабатывался по заказу советского правительства в инженерном бюро, принадлежавшем совместно немецкому военному флоту, Круппу и верфи в Бремене. Руководил бюро немец Блюм, отставной капитан, а находилось оно в Гааге — с целью обойти положение Версальского мирного договора, запрещающего Германии разработку и строительство подводных лодок.


В конце декабря 1944 года С-13 находилась в финском порту Турку и готовилась к выходу в море. Он был назначен на 2 января, но загулявший Маринеско появился на лодке лишь на следующий день, когда "особый отдел" службы безопасности уже разыскивал его как перебежчика на сторону врага. Выпарив в бане хмель, он прибыл в штаб и честно обо всем рассказал. Имена девушек и место "загула" он вспомнить не смог или не захотел, сказал только, что пили понтикку, финский картофельный самогон, по сравнению с которой "водка — что материнское молоко".

Командир С-13 был бы арестован, если бы не острая нехватка опытных подводников и не приказ Сталина, который надо было выполнять любой ценой. Комдив капитан 1 ранга Орел приказал С-13 срочно выйти в море и ждать дальнейших распоряжений. 11 января полностью заправленная С-13 взяла курс вдоль побережья острова Готланд в открытое море. Возвращение на базу без победы было для Маринеско равносильно отдаче под трибунал.

В рамках операции «Ганнибал» 22 января 1945 года «Вильгельм Густлофф» в порту Гдыни (тогда называвшегося немцами Готенхафен (нем. Gotenhafen) начал принимать на борт беженцев. Сначала людей размещали по специальным пропускам — в первую очередь несколько десятков офицеров-подводников, несколько сот женщин из флотского вспомогательного дивизиона и почти тысячу раненых солдат. Позже, когда в порту собрались десятки тысяч людей и ситуация осложнилась, начали впускать всех, предоставляя преимущество женщинам и детям. Поскольку запроектированное количество мест были всего 1 500, беженцев начали размещать на палубах, в переходах. Женщин-военнослужащих разместили даже в пустом бассейне. На последних этапах эвакуации паника усилилась настолько, что некоторые женщины в порту в отчаянии начали отдавать своих детей тем, кому удалось подняться на борт, в надежде хотя бы таким образом их спасти. Под конец, 30 января 1945 года, офицеры экипажа судна уже перестали считать беженцев, количество которых перевалило за 10 000.
По современным оценкам на борту должно было находиться 10 582 человека: 918 курсантов младших групп 2-го учебного дивизиона подводных лодок (2. U-Boot-Lehrdivision), 173 члена экипажа судна, 373 женщины из состава вспомогательного морского корпуса, 162 тяжелораненых военнослужащих, и 8956 беженцев, в основном стариков, женщин и детей.

Атака века.

Капитану Густлова Петерсону 63 года, он не водил корабли уже много лет и поэтому просил придать ему в помощь двух молодых капитанов-мореходов. Военное командование кораблем поручено опытному подводнику корвет-капитану Цану. Создалась уникальная ситуация: на командном мостике корабля — четыре капитана с неясным распределением полномочий, что станет одной из причин гибели Густлоффа.

30 января в сопровождении единственного корабля, торпедоносца Лев, Густлофф покинул порт Готенхафен, и сразу же среди капитанов разгорелся спор. Цан, знавший об опасности атак советских подводных лодок больше, чем остальные, предлагал идти зигзагом с максимальной скорость в 16 узлов, в таком случае более тихоходные лодки не смогут их догнать. «12 узлов, не больше!» — возразил Петерсон, напомнив о ненадежном сварном шве в бортовой обшивке, и настоял на своем.

Густлофф шел коридором в минных полях. В 19 часов поступила радиограмма: на встречном курсе находится соединение тральщиков. Капитаны дали команду включить, во избежание столкновения, опознавательные огни. Последняя и решающая ошибка. Злосчастная радиограмма осталась навсегда загадкой, никакие тральщики не появились.


Между тем С-13, безуспешно пробороздив воды предписанного маршрута патрулирования, 30 января направилась к Данцигской бухте — там, как подсказывала Маринеско интуиция, должен быть враг. Температура воздуха — минус 18, метет снег.

Около 19 часов лодка всплыла, как раз в это время на Густлоффе зажглись огни. В первые секунды вахтенный офицер не поверил своим глазам: вдали светится силуэт гигантского судна! Появился на мостике Маринеско, в известном всем балтийцам-подводникам неуставном замасленном овчинном полушубке.

В 19:30 капитаны Густлоффа, так и не дождавшись мистических тральщиков, приказали выключить огни. Слишком поздно — Маринеско уже вцепился в заветную цель мертвой хваткой. Он не мог понять, почему гигантское судно не идет зигзагом и сопровождается всего одним кораблем. Оба эти обстоятельства облегчат проведение атаки.

На Густлоффе воцарилось радостное настроение: еще несколько часов, и они покинут опасную зону. Капитаны собрались в кают-компании к обеду, стюард в белой куртке принес гороховый суп и холодное мясо. Некоторое время отдыхали после споров и волнений дня, выпили по рюмке коньяка за успех.

На С-13 приготовлены к атаке четыре носовых торпедных аппарата, на каждой торпеде надпись: на первой — "За Родину" , на второй — "За Сталина ", на третьей — "За советский народ" и на четвертой — "За Ленинград" .
До цели 700 метров. В 21:04 выпускается первая торпеда, следом остальные. Три из них поражают цель, четвертая, с надписью "За Сталина", застревает в трубе торпедного аппарата , готовая взорваться при малейшем сотрясении. Но и тут, как часто у Маринеско, умение дополняется везением: двигатель торпеды по неизвестной причине глохнет, и торпедист быстро закрывает наружную крышку аппарата. Лодка уходит под воду.


В 21:16 первая торпеда попала в носовую часть судна , позже вторая взорвала пустой бассейн, где находились женщины флотского вспомогательного батальона, а последняя ударила в машинное отделение. Первой мыслью пассажиров было, что они наскочили на мину, но капитан Петерсон понял, что это была субмарина, и его первыми словами было:
Das war’s - Вот и всё.

Те пассажиры, которые не погибли от трёх взрывов и не утонули в каютах нижних палуб, в панике бросились к спасательным шлюпкам. В этот момент оказалось, что приказав закрыть, согласно инструкции, водонепроницаемые отсеки в нижних палубах, капитан нечаянно заблокировал часть команды, которая должна была заняться спуском шлюпок и эвакуацией пассажиров. Поэтому в панике и давке погибло не только много детей и женщин, но также многие из тех, кто выбрался на верхнюю палубу. Они не могли спустить спасательные шлюпки, потому что не умели этого делать, к тому же многие шлюпбалки обледенели, а судно уже получило сильный крен. Общими усилиями команды и пассажиров некоторые шлюпки удалось спустить на воду, и все же в ледяной воде оказалось много людей. От сильного крена судна с палубы оторвалась зенитная установка и раздавила одну из шлюпок, уже полную людей.

Примерно через час после атаки «Вильгельм Густлофф» полностью затонул.


Одна торпеда разрушила борт корабля в районе плавательного бассейна, гордости бывшего KdF-судна; в нем размещались 373 девушки из вспомогательных служб флота. Хлынула вода, осколки красочной кафельной мозаики врезались в тела тонущих. Спасшиеся — их немного — рассказывали, что в момент взрыва по радио звучал немецкий гимн, завершивший речь Гитлера в честь двенадцатой годовщины его прихода к власти.

Вокруг тонущего корабля плавали десятки спасательных лодок и плотов, спущенных с палуб. Перегруженные плоты облеплены судорожно вцепившимися в них людьми; один за другим они тонут в ледяной воде. Сотни мертвых детских тел: спасательные жилеты держат их на плаву, но детские головы тяжелее ног, и из воды торчат одни ноги.

Капитан Петерсон покинул судно одним из первых. Находившийся с ним в одной спасательной лодке матрос позже расскажет: "Недалеко от нас барахталась в воде с криками о помощи женщина. Мы втащили ее в лодку, невзирая на крик капитана "отставить, мы и так перегружены!"

Более тысячи человек были спасены кораблем сопровождения и семью судами, подоспевшими к месту катастрофы. Через 70 минут после взрыва первой торпеды Густлофф начал тонуть. При этом происходит нечто невероятное: во время погружения неожиданно включается вышедшее из строя при взрыве освещение, и раздается вой сирен. Люди с ужасом взирают на дьявольский спектакль.

С-13 повезло еще раз: единственный корабль сопровождения был занят спасением людей, а когда он начал бросать глубинные бомбы, торпеда "За Сталина" была уже обезврежена, и лодка смогла уйти.

Один из спасшихся, 18-летний стажер административно-хозяйственной службы Хайнц Шён , более полувека собирал материалы, связанные с историей лайнера, и стал хронистом величайшей корабельной катастрофы всех времен. По его подсчетам, 30 января на борту Густлова находилось 10582 человека, погибло 9343. Для сравнения: катастрофа Титаника, в 1912 году напоровшегося на подводный айсберг, стоила жизни 1517 пассажирам и членам команды.

Все четыре капитана спаслись. Самый молодой из них, по фамилии Колер, вскоре после окончания войны покончил с собой — его сломала судьба Густлоффа.

Миноносец «Лев» (бывший корабль голландского ВМФ) первым прибыл на место трагедии и начал спасение уцелевших пассажиров. Поскольку в январе температура уже была −18 °C , оставалось всего несколько минут до того, как наступало необратимое переохлаждение организма. Несмотря на это, кораблю удалось спасти 472 пассажира со шлюпок и из воды.
На помощь также подошли корабли охранения другого конвоя — крейсера «Адмирал Хиппер», который тоже, кроме команды, ещё имел на борту около 1500 беженцев.
Из-за опасения атаки субмарин он не остановился и продолжал удаляться в безопасные воды. Другим кораблям (под «другими кораблями» понимается единственный эсминец Т-38, — на «Лёве» не работала ГАС, «Хиппер» ушёл) удалось спасти ещё 179 человек. Немногим больше чем через час новые корабли, которые пришли на помощь, смогли выловить только мёртвые тела из ледяной воды. Позже малый посыльный корабль, который прибыл на место трагедии, неожиданно нашёл, через семь часов после потопления лайнера, среди сотен мёртвых тел незамеченную шлюпку и в ней живого младенца, закутанного в одеяла, — последнего спасённого пассажира "Вильгельма Густлоффа".

В результате выжить удалось, по разным оценкам, от 1200 до 2500 человек из немногим меньше 11 тысяч находившихся на борту. По максимальным оценкам, потери оцениваются в 9985 жизней.


Хронист Густлова Хайнц Шён в 1991 году разыскал последнего оставшегося в живых из 47 человек команды С-13 77-летнего бывшего торпедиста В. Курочкина и дважды побывал у него в деревне под Ленинградом. Два старых моряка поведали друг другу (с помощью переводчицы), что происходило в памятный день 30 января на подводной лодке и на Густлоффе.
Во время второго визита Курочкин признался немецкому гостю, что после их первой встречи почти каждую ночь ему снятся женщины и дети, с криками о помощи тонущие в ледяной воде. При прощании он сказал: "Плохое это дело — война. Друг в друга стрелять, женщин и детей убивать — что может быть хуже! Научиться бы людям жить без пролития крови…"
В Германии реакция на потопление "Вильгельма Густлоффа" на момент трагедии была довольно сдержанной. Немцы не разглашали масштабы потерь, чтобы не ухудшать моральное состояние населения ещё сильнее. Кроме того в тот момент немцы несли тяжёлые потери и в других местах. Однако по окончании войны в сознании многих немцев одновременная гибель стольких мирных людей и особенно тысяч детей на борту "Вильгельма Густлоффа" осталось раной, которую не заживило даже время. Вместе с бомбардировкой Дрездена эта трагедия остаётся одним из наиболее страшных событий Второй мировой войны для немецкого народа .

Некоторые немецкие публицисты считают потопление Густлова преступлением против мирного населения, таким же, как бомбардировка Дрездена. Однако вот какое заключение вынес Институт морского права в Киле: "Вильгельм Густлофф являлся законной военной целью, на нем находились сотни специалистов-подводников, зенитные орудия… Имелись раненые, но отсутствовал статус плавучего лазарета. Правительство Германии 11.11.44 объявило Балтийское море районом военных операций и приказало уничтожать все, что плавает. Советские вооруженные силы имели право отвечать тем же" .

Исследователь катастрофы Гейнц Шён заключает, что лайнер представлял собой военную цель и его потопление не являлось военным преступлением , так как:
суда, предназначенные для перевозки беженцев, госпитальные суда должны были быть обозначены соответствующими знаками — красным крестом, не могли носить камуфляжную окраску, не могли идти в одном конвое вместе с военными судами. На их борту не могли находиться какие-либо военные грузы, стационарные и временно размещённые орудия ПВО, артиллерийские орудия или иные аналогичные средства.

"Вильгельм Густлофф" был военным кораблем, будучи приписан к военно-морским силам и вооруженным, на который позволили подняться шести тысячам беженцев. Вся ответственность за их жизнь, с того момента как они поднялись на боевой корабль, лежала на соответствующих должностных лицах немецкого военного флота. Таким образом, "Густлофф" являлся законной военной целью советских подводников, ввиду следующих фактов:

"Вильгельм Густлофф" не являлся безоружным гражданским судном: на его борту имелось вооружение, которым можно было бороться с кораблями и авиацией противника;
"Вильгельм Густлофф" являлся учебной плавучей базой для подводного флота Германии;
"Вильгельм Густлофф" шёл в сопровождении боевого корабля флота Германии (миноносец "Лев");
Советские транспорты с беженцами и ранеными в годы войны неоднократно становились целями для германских подлодок и авиации (в частности, теплоход "Армения" , потопленный в 1941 году в Чёрном море, вёз на своём борту более 5 тыс. беженцев и раненых. Выжило только 8 человек. Впрочем, и «Армения», как и "Вильгельм Густлофф" , нарушала статус санитарного судна и являлась законной военной целью).


… Прошли годы. Совсем недавно корреспондент журнала Der Spiegel встречался в Петербурге с Николаем Титоренко, бывшим командиром-подводником мирного времени и автором книги о Маринеско "Личный враг Гитлера". Вот что он сказал корреспонденту: "Чувства мстительного удовлетворения я не испытываю. Гибель тысяч людей на Густлоффе представляю скорее как реквием по умершим во время блокады Ленинграда детям и всем погибшим. Путь немцев к катастрофе начался не тогда, когда Маринеско дал команду торпедистам, а когда Германия покинула указанный Бисмарком путь мирного согласия с Россией".


В отличие от длительных поисков "Титаника", найти "Вильгельма Густлоффа" было легко.
Его координаты на момент потопления оказались точными, к тому же корабль находился на сравнительно небольшой глубине — лишь 45 метров.
Майк Боринг в 2003 году посетил обломки корабля и снял документальный фильм о своей экспедиции.
На польских навигационных картах место обозначено как "Препятствие № 73"
В 2006 году колокол, поднятый с места кораблекрушения, а затем использовавшийся в качестве украшения в польском рыбном ресторане, был выставлен на выставке "Forced Paths" в Берлине.


2-3 марта 2008 года показан новый телевизионный фильм немецкого канала ZDF под названием «Die Gustloff»

В 1990 году, через 45 лет после окончания войны, Маринеско присвоили звание Героя Советского Союза. Позднее признание пришло благодаря деятельности "Комитета Маринеско", действовавшего в Москве, Ленинграде, Одессе и Калининграде. В Ленинграде и Калининграде командиру С-13 установили памятники. Имя Маринеско носит небольшой музей подводных сил России в северной столице.

Предыстория

После прихода к власти в 1933 г. Национал-социалистической немецкой рабочей партии во главе с Адольфом Гитлером, одной из её направлений деятельности стало создание широкой системы социального обеспечения и услуг, что дало бы возможность увеличить социальную базу поддержки политики нацистов среди населения Германии. Уже в середине 30-х годов рядовой немецкий рабочий по уровню услуг и льгот, которые ему полагались, выгодно отличался от рабочих в других странах Европы. Для распространения влияния идей национал-социализма и организации досуга рабочего класса были созданы такие организации, как «Сила через радость» (нем. Kraft durch Freude - KDF), которая входила в Немецкий трудовой фронт (DAF). Главной целью этой организации была система отдыха и путешествий для немецких рабочих. Для воплощения этой цели, кроме всего прочего, была построена целая флотилия пассажирских судов для предоставления дешёвых и доступных путешествий и круизов. Флагманом этого флота должен был стать новый комфортабельный лайнер, который авторы проекта хотели назвать именем немецкого фюрера «Адольф Гитлер».

Убийство Вильгельма Густлоффа

Возможно, этот лайнер и остался бы в истории под именем «Адольф Гитлер», если бы не убийство мало кому до этого времени известного швейцарского активиста нацистской партии Вильгельма Густлоффа. Густлофф был убит в Давосе 4 февраля 1936 года еврейским студентом Давидом Франкфуртером. Эта история приобрела скандального огласку, особенно в Германии, учитывая национальность убийцы. Случай убийства немца, да еще лидера национал-социалистов Швейцарии был идеальным подтверждением нацистской теории заговора мирового еврейства против немецкого народа. Из одного из лидеров зарубежных нацистов Вильгельм Густлофф благодаря этому убийству превратился в «символ страдания» (т. н. Blutzeuge). Он был похоронен с государственными почестями, в его честь по всей Германии прокатились многочисленные митинги в его его память, которые искусно эксплуатировала нацистская пропаганда, его именем были названы самые разнообразные объекты в Германии.

В этой связи когда в 1937 году круизный лайнер, заказанный на верфи «Блом & Фосс», уже был готов для спуска на воду, нацисты решили воспользоваться этим случаем, чтобы увековечить таким образом «героя нацистского дела и страдания за немецкий народ». При инициативе Гитлера новый лайнер было решено назвать «Вильгельм Густлофф». На торжественный спуск на воду 5 мая 1937 года, кроме основных лидеров нацистского режима, также прибыла и вдова Густлоффа, которая на церемонии по традиции к счастью разбила бутылку шампанского о борт.

Характеристики

С технологической точки зрения «Вильгельм Густлофф» не был исключительным кораблем, его двигатели были средней мощности, и он не был построен для быстрых путешествий, а скорее для медленных, приятных круизов. Но с точки зрения удобств, оборудования и приспособлений для отдыха этот лайнер действительно был одним из наилучших в мире. В отличие от других судов такого класса, «Густлофф», в подтверждение «бесклассового характера» нацистского режима, имел каюты одинакового размера и одинакового отличного удобства для всех пассажиров. Лайнер имел десять палуб. Одной из новейших технологий, применённых на нём, была концепция открытой палубы с каютами, которые имели на неё прямой выход и ясный обзор пейзажей. Лайнер был рассчитан на 1 500 человек. К их услугам были предоставлены шикарно украшенный бассейн, зимний сад, большие просторные залы, музыкальные салоны, несколько баров..

Кроме сугубо технических нововведений и наилучших приспособлений для незабываемого путешествия «Вильгельм Густлофф», стоимостью в 25 млн марок, являл собой своеобразный символ и средство пропаганды властей Третьего Рейха. По словам Роберта Лея, возглавлявшего Немецкий трудовой фронт, эти лайнеры могли:

Для граждан Германии путешествие на «Густлоффе» должно было быть не только незабываемым, но и доступным по цене, невзирая на социальное положение. Например, пятидневный круиз по побережью Италии стоил лишь 150 рейхсмарок, тогда как средний месячный заработок рядового немца равнялся 150-250 рейхсмарок. Для сравнения, стоимость билета на этом лайнере составляла лишь третью часть от стоимости таких круизов в Европе, где ими могли воспользоваться только представители зажиточных слоев населения и знати. Таким образом, «Вильгельм Густлофф» своими удобствами, уровнем комфорта и доступностью не только закреплял расположение немецкого народа к нацистскому режиму, но и также демонстрировал всему миру преимущества национал-социализма.

Флагман круизного флота

После торжественного спуска судна на воду прошло 10 месяцев, прежде чем «Вильгельм Густлофф» прошел морские испытания в мае 1938 года. За это время была закончена отделка и обустройство интерьера лайнера. В качестве благодарности строителей судна взяли на двухдневный круиз по Северному морю, что квалифицировалось как испытание. Официальный первый круиз состоялся 24 мая 1938 году, и почти две трети его пассажиров были гражданами Австрии, которую Гитлер намеревался вскоре присоединить к Германии. Таким образом, незабываемое путешествие имело целью ошеломить уровнем сервиса и удобств австрийцев - участников круиза - и убедить других в преимуществах союза с Германией. Круиз стал настоящим триумфом, свидетельством достижений новой власти Германии, мировая пресса в восторге описывала впечатление участников круиза и чрезвычайные роскоши на борту лайнера. Даже сам Гитлер прибыл на лайнер, который символизировал все лучшее в стране во время его руководства. Когда же ажиотаж вокруг этого достижения гитлеровского режима несколько стих, лайнер начал выполнять задание, ради которого он был построен, - предоставлять доступные, комфортабельные круизы рабочим Германии.

Средство пропаганды

Хотя «Вильгельм Густлофф» предлагал действительно незабываемые и дешёвые путешествия и круизы, в истории он также остался как яркое средство пропаганды нацистского режима. Первый незапланированный случай произошел во время спасения моряков английского судна «Пегуэй», который тонул 2 апреля 1938 г. в Северном море. Отвага и решительность капитана, который оставил процессию из трех судов, чтобы спасти англичан, была отмечена не только мировой прессой, но и английским правительством - капитан был награжден, а на судне позже установили памятную доску. Следовательно, когда 10 апреля «Густлоффа» используют в качестве плавучего избирательного участка для немцев и австрийцев Великобритании, участвующих плебисците о присоединении Австрии, о нём уже благосклонно писала не только британская, но и мировая пресса. Во время плебисцита почти 2 000 граждан обеих стран и большое количество корреспондентов отплывали в нейтральных воды вблизи побережья Великобритании, чтобы принять участие в плебисците, в котором только четыре избирателя воздержались. Западная, и даже британская коммунистическая пресса была в восторге от лайнера и достижений Германии. Участие такого совершенного судна в плебисците символизировало то новое, что нацистский режим внедрял в Германии.

Круизы и перевозка войск

Как флагман круизного флота «Вильгельм Густлофф» провел в море всего полтора года и осуществил 50 круизов в рамках программы «Сила через радость». На его борту побывали около 65 000 отдыхающих. Обычно в теплый сезон лайнер предлагал путешествия по Северному морю, побережью Германии, норвежским фьордам. Зимой лайнер ходил в круизы по Средиземному морю, побережью Италии, Испании и Португалии. Для многих, невзирая на такие незначительные неудобства, как запрещение выходить на берег в странах, которые не поддерживали нацистский режим, эти круизы остались незабываемым и наилучшим временем из всего периода нацистского господства в Германии. Многие рядовые немцы воспользовались услугами программы «Сила через радость» и были искренне благодарны новому режиму за предоставление возможностей отдыха, несравнимого с другими странами Европы.

Невзирая на эти достижения, «Вильгельм Густлофф» оставался судном в государственной собственности, и как таковой принимал участие во всех мероприятиях и деятельности правительства Германии. Так 20 мая 1939 году «Вильгельм Густлофф» впервые перевозил войска - немецких добровольцев легиона «Кондор», которые принимали участие вгражданской войне в Испании на стороне Франко. Прибытие судна в Гамбург с «героями войны» на борту вызвало большой резонанс по всей Германии, и в порту устроили специальную церемонию встречи с участием лидеров государства.

Военная служба

Последний круиз лайнера состоялся 25 августа 1939 году. Неожиданно во время запланированного рейса в середине Северного моря капитан получил закодированный приказ срочно вернуться в порт. Время круизов окончилось - менее чем через неделю Германия напала на Польшу и началась Вторая Мировая война.

Военный госпиталь

С началом войны почти все суда KDF оказались на военной службе. «Вильгельм Густлофф» был переоборудован в госпитальное судно (нем. Lazarettschiff ) и приписан к ВМСГермании. Лайнер был перекрашен в белый цвет и обозначен красными крестами, что должно было защитить его от нападения согласно Гаагской конвенции. Первые пациенты начали прибывать на борт уже во время войны против Польши в октябре 1939 года. Даже в таких условиях власти Германии использовали судно как средство пропаганды - чтобы показать гуманность нацистского руководства, большинство из первых пациентов были раненые пленные поляки. Со временем, когда немецкие потери стали тоже ощутимыми, судно отправили в порт Готтенгаффен (Гдыня), где он берёт на борт еще больше раненых, а также немцев (фольксдойче), эвакуированных из восточной Польши, которая была присоединена к СССР.

С распространением войны на большую часть Европы «Вильгельм Густлофф» сначала принимал раненых во время захвата Норвегии летом 1940 года, а затем готовился к транспортировке войск в случае вторжения в Великобританию. Однако в связи с провалом немецких попыток покорить её эти планы не были осуществлены, и, вместе с переориентацией немецкого внимания на восток, судно отправили в Данциг, где долечивались последние 414 ранених, а «Вильгельм Густлофф» ожидал направления на последующую службу. Однако служба судна как военного госпиталя закончилась - по решению руководства ВМС его приписали к школе подводников в г. Готтенгаффен (Гдыня). Лайнер опять перекрасили в серый камуфляжний цвет, и он потерял защиту Гаагской конвенции, которую имел раньше.

Плавучая казарма ВМС

Превратившись из лайнера в плавучую казарму для школы подводников, «Вильгельм Густлофф» провёл в таком качестве большую часть своей короткой жизни - почти четыре года. Школа подводников готовила кадры для немецкой подводной войны ускоренными темпами, и чем дольше длилась война, тем больше кадров прошло через школу, тем короче становился срок учебы и младше возраст курсантов. Шанс выжить в подводной войне, которую Германия начала проигрывать, для курсантов был 1 к 10. Это, однако, не повлияло на судьбу «Вильгельма Густлоффа», поскольку он долгое время находился вдалеке от линии фронта. С приближением конца войны ситуация начала изменяться не в пользу Германии - множество городов страдали от налетов союзной авиации. 9 октября 1943 г. Готтенгаффен (Гдыня) был подвергнут бомбардировке, в результате которой было потоплено другое судно прежнего KDF, а сам «Вильгельм Густлофф» получил повреждения. Во второй половине 1944 г. даже это не казалось наихудшим - фронт подошел совсем близко к Восточной Пруссии.

Паника и эвакуация населения

Немцы Восточной Пруссии имели определенные причины побаиваться мести со стороны Советской Армии - большие разрушения и убийства мирного населения на оккупированных территориях Советского Союза были известны многим. К тому же как советская пропаганда искусно использовала сведения о зверствах немцев для укрепления боевого духа советских воинов и призывов к мести, так и немецкая живописала (зачастую ложно) «ужасы советского наступления».

В октябре 1944 г. первые отряды Советской Армии уже были на территории Восточной Пруссии. Первым немецким городом, захваченным советскими войсками, был г. Неммерсдорф (современный г. Маяковск Калининградской области России). Через несколько дней немцам удалось на некоторое время отбить город, и нацистская пропаганда начала широкую кампанию «обличению советских зверств», обвиняя советских воинов в массовых убийствах и изнасилованиях. Распространением такой пропаганды нацисты достигли своей цели - количество добровольцев в ополчение Фольксштурм (нем. Volkssturm ) увеличилось, однако пропаганда также привела к усилению паники среди мирного населения с приближением фронта, и миллионы людей превратились в беженцев.

На начало 1945 года уже значительное количество людей в панике спасались бегством от наступающей Советской Армии. Много из них следовали к портам на побережьеБалтийского моря. Для эвакуации огромного количества беженцев по инициативе немецкого адмирала Карла Дёница была осуществлена специальная операция «Ганнибал», которая вошла в историю как крупнейшая в мире эвакуация населения морем. Во время этой операции почти 2 млн мирного населения были эвакуированы в Германию - на больших судах, как «Вильгельм Густлофф», сухогрузах и буксирах.

Развитие событий

Таким образом, в рамках операции «Ганнибал» 22 января 1945 г. «Вильгельм Густлофф» начал принимать на борт беженцев. Сначала людей размещали по специальным пропускам - в первую очередь несколько десятков офицеров-подводников, несколько сот женщин из флотского вспомогательного дивизиона и почти тысяча раненных солдат. Позже, когда в порту собрались десятки тысяч людей и ситуация осложнилась, начали впускать всех, предоставляя преимущество женщинам и детям. Поскольку запроектированное количество мест были всего 1 500, беженцев начали размещать на палубах, в переходах; женщин-военных разместили даже в пустом бассейне. На последних этапах эвакуации паника усилилась настолько, что некоторые женщины в порту в отчаянии начали отдавать своих детей тем, кому удалось подняться на борт, в надежде хотя бы таким образом их спасти. Под конец, 30 января 1945 г., офицеры экипажа судна уже перестали считать беженцев, количество которых перевалило за 10 000.

По некоторым немецким оценкам на борту должно было находиться 10 400 пассажиров, из которых около 8 800 гражданских лиц, в том числе детей, и около 1 500 военнослужащих). Когда в 12:30 «Вильгельм Густлофф» в сопровождении двух кораблей охранения наконец отошел, на капитанском мостике возникли споры между четырьмя старшими офицерами. Кроме командующего судном капитана Петерсона, призванного из отставки, на борту находились командир 2-го учебного дивизиона подводников и два капитана торгового флота, и между ними не было согласия относительно того, каким фарватером вести судно и какие меры предосторожности принимать относительно подводных лодок и авиации союзников. Был выбран внешний фарватер (немецкое обозначение Zwangsweg 58). Вопреки рекомендациям идти зигзагом, чтобы осложнить атаку подводных лодок, было решено идти прямым курсом со скоростью в 12 узлов, поскольку коридор в минных полях не был достаточно широким и капитаны надеялись таким образом быстрее добраться в безопасные воды. К тому же один из кораблей охранения из-за технических проблем вынужден был вернуться в порт, и в охранении остался только один миноносец «Лёве» (Löwe). В 18:00 поступило сообщение о конвое тральщиков, который якобы шел навстречу, и, когда уже стемнело, было приказано включить ходовые огни, чтобы предотвратить столкновение. В действительности же никаких тральщиков не было, и обстоятельства появления этой радиограммы так и остались неясными до сих пор. По другим данным, секция тральщиков вела траление навстречу конвою, и появилась позднее данного в оповещении времени.

Потопление

Когда же командир советской подводной лодки С-13 Александр Маринеско увидел ярко освещённый, вопреки всем нормам военной практики, «Вильгельм Густлофф», то в течение двух часов следовал за ним в надводном положении, выбирая позицию для атаки. Даже здесь судьба подвела «Густлофф», поскольку обычно субмарины были неспособны догнать надводные корабли, но капитан Петерсон шел медленнее проектной скорости, учитывая значительное переполнение пассажирами и неуверенность относительно состояния корабля после многолетней бездеятельности и ремонта после бомбардировки. В 19:30, так и не дождавшись тральщиков, Петерсон дал команду потушить огни, но уже было поздно - Маринеско выработал план атаки.

Около девяти часов С-13 зашла со стороны берега, где её менее всего могли ожидать, и с дистанции менее 1 000 м в 21:04 выпустила первуюторпеду с надписью «За Родину», а затем еще две - «За советский народ» и «За Ленинград». Четвертая, уже взведенная торпеда «За Сталина», застряла в торпедном аппарате и едва не взорвалась, но её удалось обезвредить, закрыть люки аппаратов и погрузиться.

В 21:16 первая торпеда попала в нос корабля, позже вторая взорвала пустой бассейн, где находились женщины флотского вспомогательного батальона, а последняя ударила в машинное отделение. Первой мыслью пассажиров было, что они наскочили на мину, но капитан Петерсон знал, что это была субмарина, и его первыми словами было: Das war’s (Вот и все). Те пассажиры, которые не погибли от трёх взрывов и не утонули в каютах нижних палуб, в панике бросились к спасательным шлюпкам. В этот момент оказалось, что приказав закрыть, согласно инструкции, водонепроницаемые отсеки в нижних палубах, капитан ненароком заблокировал часть команды, которая должна была заняться спуском шлюпок и эвакуацией пассажиров. Поэтому в панике и давке погибло не только много детей и женщин, но также погибли и те, кто выбрался на верхнюю палубу. Они не могли спустить спасательные шлюпки, потому что не знали как, к тому же многие шлюпбалки обледенели, а судно уже получило сильный крен. Общими усилиями команды и пассажиров некоторые шлюпки удалось спустить на воду, и все же в ледяной воде оказались много людей. От сильного крена судна с палубы оторвалась зенитная установка и раздавила одну из шлюпок, уже полную людей. Через час и 10 минут после атаки «Вильгельм Густлофф» полностью затонул.

Примечательно, что всего через две недели, 9 февраля 1945 года, подводная лодка С-13 под командой Александра Маринеско потопила еще один большой немецкий транспорт «Генерал фон Штойбен», в результате чего погибло около 3700 чел.

Спасение уцелевших

Единственный корабль охранения «Лёве» первым прибыл на место трагедии и начал спасение уцелевших пассажиров. Поскольку в январе температура уже была -18 °C, оставалось всего несколько минут до того, как наступало необратимое переохлаждение организма. Невзирая на это, кораблю удалось спасти 472 пассажира со шлюпок и из воды. На помощь также подошли корабли охранения другого конвоя - крейсера «Адмирал Хиппер», который тоже, кроме команды, ещё имел на борту около 1 500 беженцев. Из-за опасения атаки субмарин он не остановился и продолжал удаляться в безопасные воды. Другим кораблям удалось спасти еще 179 человек. Немногим больше чем через час новые корабли, которые пришли на помощь, смогли выловить только мёртвые тела из ледяной воды. Позже малый посыльный корабль, который прибыл на место трагедии, неожиданно нашёл, через семь часов после потопления лайнера, среди сотен мёртвых тел незамеченную шлюпку и в ней живого младенца, закутанного в одеяла, - последнего спасённого пассажира «Вильгельма Густлоффа».

В результате выжить удалось, по разным оценкам, от 1 200 до 2500 человек из более чем 10 тысяч находившихся на борту. По максимальным оценкам, потери оцениваются в 9 343 жизни.

Юридическая оценка потопления

С юридической точки зрения действия командира Маринескo безупречны. Суда, предназначенные для перевозки беженцев, госпитальные суда должны быть обозначены соответствующими знаками - красный крест, не могут носить камуфляжную окраску, не могут идти в одном конвое вместе с военными судами. На их борту не может находиться каких-либо военных грузов, стационарных и временно размещённых орудий ПВО, артиллерийских орудий, или иных средств. Говоря юридическим языком, «Вильгельм Густлофф» был боевым кораблём, на который дозволили подняться шести тысячам беженцев. Вся ответственность за их жизнь, с того момента как они поднялись на боевой корабль, лежит на соответствующих должностных лицах немецкого военного флота.

В годы «холодной войны» в Германии считали Маринеско военным преступником, пока Институт морского права (город Киль, Германия) не принял решения, которое полностью оправдало Маринеско и признало, что «Вильгельм Густлофф» являлся законной военной добычей советских подводников. Оно основывалось на следующем:

  1. «Вильгельм Густлофф» не являлся безоружным гражданским судном: на его борту имелось вооружение, которым можно было бороться с кораблями и авиацией противника;
  2. «Вильгельм Густлофф» являлся учебной плавучей базой для подводного флота Германии;
  3. «Вильгельм Густлофф» шёл в сопровождении боевого корабля флота Германии;
  4. Советские транспорты с беженцами и ранеными в годы войны неоднократно становились целями для германских подлодок и авиации (в частности, теплоход «Армения», потопленный в 1941 году в Чёрном море, вёз на своём борту более 5000 беженцев и раненых. Выжило только 8 человек. Впрочем, «Армения», как и «Вильгельм Густлофф», нарушала статус санитарного судна и являлась законной военной целью). Поэтому за советской стороной было признано право на ответные адекватные действия в отношении германских судов.

Реакция на трагедию

Реакция на потопление «Вильгельма Густлоффа» на момент трагедии была довольно сдержанной. Немцы не разглашали масштабы потерь, чтобы не подавлять и не ухудшать моральное состояние населения ещё сильнее, кроме того в тот момент немцы несли тяжёлые потери и в других местах. Однако по окончанию войны в сознании многих немцев одновременная гибель стольких мирных людей и особенно тысяч детей на борту «Вильгельма Густлоффа» осталось раной, которую не заживило даже время. Вместе сбомбардировкой Дрездена эта трагедия остаётся одним из наиболее страшных событий Второй Мировой войны для немецкого народа. Из четырёх капитанов, которые спаслись после гибели корабля, самый молодой - Колер, не выдержав чувства вины за трагедию «Вильгельма Густлоффа», вскоре после войны покончил жизнь самоубийством.

В советской историографии данное событие получило название «Атаки века» - Александр Маринеско посмертно получил звание Героя Советского Союза. Ему поставили памятники в Калининграде, в Кронштадте, и в Петербурге, он считается советским подводником № 1.

Исследование обломков корабля

В отличие от длительных поисков «Титаника», найти «Вильгельма Густлоффа» было совсем легко. Его координаты на момент потопления (55°07′00″ с. ш. 17°41′00″ в. д. (G) ) оказались на удивление точными; к тому же корабль находился на сравнительно небольшой глубине - лишь 45 метров. После войны советские специалисты посещали остатки корабля - существует версия, что они искали среди обломков известную Янтарную комнату. Во время этих посещений средняя часть утонувшего корабля была подорвана, и остались только корма и нос. За послевоенные годы некоторые предметы с корабля оказались в частных коллекциях как сувениры. Правительство Польши законодательно провозгласило это место братской могилой и запретило посещение остатков частными лицами. Исключение было сделано для исследователей, наиболее известным среди которых является Майк Боринг, который в 2003 г. посетил обломки корабля и снял документальный фильм о своей экспедиции. На польских навигационных картах место обозначено как «Obstacle No. 73».

В 2006 году колокол, поднятый с кораблекрушения, а затем использовавшийся в качестве украшения в польском рыбном ресторане, был выставлен на выставке «Forced Paths» в Берлине.

«Вильгельм Густлофф» в литературе и кино

В 1959 году в ФРГ был снят художественный фильм «Ночь над Готенхафеном» (нем. Nacht fiel über Gotenhafen ) о трагедии крушения корабля. Готенхафеном немецкие оккупационные власти называли польский город Гдыня, откуда отправился в своё последнее плавание «Вильгельм Густлофф».

Большой резонанс получил роман «Траектория краба» (Im Krebsgang, 2002) немецкого писателя лауреата Нобелевской премии Гюнтера Грасса. Повествование в книге ведётся от имени журналиста, жителя современной Германии, который появился на свет на борту «Густлоффа» в день крушения корабля. Катастрофа «Густлоффа» не отпускает героя Грасса, и события более чем полувековой давности приводят к новой трагедии.

30 января 1945 года советской подводной лодкой С-13 был торпедирован немецкий пассажирский лайнер "Вильгельм Густлофф", на борту которого находилось более 10.000 человек. Эта катастрофа стала крупнейшей за всю историю.

Лайнер был построен в 1937 году кораблестроительной фирмой "Blohm + Voss". По инициативе Гитлера его назвали "Вильгельм Густлофф", в честь нацистского деятеля из Швейцарии, убитого 5 февраля 1936 года евреем.

Начало строительства (Гамбург)

Строительством занималась организация "Сила через радость". Лайнер был рассчитан на 1500 человек, имел десять палуб. Его двигатели были средней мощности, так как он был построен для медленных, комфортных круизов. С точки зрения удобств, оборудования и приспособлений для отдыха этот лайнер был одним из лучших в мире

Вдова Вильгельма Густлоффа Хедвиг разбивает бутылку шампанского об борт. Сзади неё стоит Гитлер (5 мая 1937)

Как флагман круизного флота "Вильгельм Густлофф" провёл в море всего полтора года и осуществил 50 круизов. На его борту побывали около 65 000 отдыхающих.

В 1938 году лайнер использовался у берегов Великобритании как "плавучий избирательный участок". Тем самым, немецким и австрийским гражданам предоставлялась возможность участвовать в референдуме по поводу присоединения Австрии к Рейху.

На выборах (10.04.1938)

Помимо круизной деятельности, "Вильгельм Густлофф" вовлекался в различные мероприятия, проводимые правительством Германии. В мае 1939 года он впервые перевозил войска — немецких добровольцев легиона "Кондор", принимавшего участие в гражданской войне в Испании, из Испании в Гамбург.

С началом войны "Вильгельм Густлофф" был переоборудован в госпитальное судно (500 коек) и приписан к ВМС Германии. Лайнер был перекрашен в белый цвет и обозначен красными крестами, что должно было защитить его от нападения согласно Гаагской конвенции.

В 1940 году служба судна как военного госпиталя закончилась — по решению руководства ВМС его приписали к школе подводников в Готенхафене. Лайнер опять перекрасили в серый цвет. Теперь он превратился в плавучую казарму для школы подводников, и прослужил в этом качестве всю войну.

В начале 1945 года по инициативе немецкого адмирала Карла Дёница была начата специальная операция "Ганнибал", целью которой являлась эвакуация в Германию мирных жителей, бежавших от наступающей Красной армии. В рамках этой операции 22 января на свой борт беженцев начал принимать и "Вильгельм Густлофф", находящийся на то время в порту Готенхафена (ныне г. Гдыня, Польша). Сначала людей размещали по специальным пропускам — в первую очередь офицеров-подводников (918 чел), женщин из флотского вспомогательного дивизиона (373) и раненых солдат (162). Потом мирных жителей, предоставляя преимущество женщинам и детям. На 28 января было зарегистрировано 6600 человек. Далее же, в связи с большим скоплением народу на береге, стали пускать всех подряд. Этих людей уже никто не считал. По более точным подсчётам, всего к 30 числу на борту собралось 10582 человека.

Вечером 30 числа, когда лайнер уже спокойно плыл по Балтийскому морю, в течение двух часов его преследовала подводная лодка С-13 под командованием Александр Маринеско. В 21:04 советские подводники выпустили первую торпеду, которая попала в нос корабля. Вторая взорвала пустой бассейн, где находились женщины флотского вспомогательного батальона, а последняя ударила в машинное отделение. В результате атаки погибло около 10000 человек.

Художник Клаус Райнер Форст

Художник Майк Интэманн

Художник Сеяр Бекиров

Художник Андрей Лубянов